Не дай моей боли стать чьей-то бедой.
Держи мое сердце на этой дороге.
Побудь моим небом, побудь тишиной, когда все во мне замирает в тревоге.
Не дай моей боли стать чьей-то бедой.
Позволь моим чувствам опять отогреться.
Пусть сердце не будет глухою стеной, чтоб мог на меня хоть один опереться.
На людях держался, как дом на ветру, а ночью внутри осыпались все стены.
Казалось, вчерашнюю боль не сотру,
она, словно ржавчина, въелась мне в вены.
Просили: "Держись!" И давили сильней, как будто держаться - работа больного.
Но в самом глухом из просмотренных дней для Бога не смог подобрать даже слова.
Не дай моей боли стать чьей-то бедой.
Держи мое сердце на этой дороге.
Побудь моим небом, побудь тишиной, когда все во мне замирает в тревоге.
Держи мое сердце на этой дороге.
Побудь моим небом, побудь тишиной, когда все во мне замирает в тревоге.
Не дай моей боли стать чьей-то бедой.
Позволь моим чувствам опять отогреться.
Пусть сердце не будет глухою стеной, чтоб мог на меня хоть один опереться.
На людях держался, как дом на ветру, а ночью внутри осыпались все стены.
Казалось, вчерашнюю боль не сотру,
она, словно ржавчина, въелась мне в вены.
Просили: "Держись!" И давили сильней, как будто держаться - работа больного.
Но в самом глухом из просмотренных дней для Бога не смог подобрать даже слова.
Не дай моей боли стать чьей-то бедой.
Держи мое сердце на этой дороге.
Побудь моим небом, побудь тишиной, когда все во мне замирает в тревоге.