Я вышел на знакомые остановки.
Прошло 15 лет, как страшный сон.
Здесь раньше были гаражи и свалка, где жизнь моя сорвалась под уклон, где я нажал на спуск во тьме кромешной.
Теперь здесь светит яркий магазин.
Смеются дети, мир такой неспешный, а я стою как призрак здесь один.
Асфальт закатан поверх старой крови, торговый центр вместо тех руин.
Мир изменился, сдвинул свои брови, стерев тот день до самых половин.
Никто не помнит, что здесь было раньше.
Здесь продают игрушки и цветы, а я стою в своей душевной фальше
Среди холодной страшной пустоты.
Время затёрло роковую точку.
Всем наплевать на мой крест на груди.
Я отсидел, я выстрадал отсрочку, но от себя, увы, мне не уйти.
Я думал, отсижу и станет легче.
Надеялся, что карма спишет долг, но память давит мне на эти плечи
Прошло 15 лет, как страшный сон.
Здесь раньше были гаражи и свалка, где жизнь моя сорвалась под уклон, где я нажал на спуск во тьме кромешной.
Теперь здесь светит яркий магазин.
Смеются дети, мир такой неспешный, а я стою как призрак здесь один.
Асфальт закатан поверх старой крови, торговый центр вместо тех руин.
Мир изменился, сдвинул свои брови, стерев тот день до самых половин.
Никто не помнит, что здесь было раньше.
Здесь продают игрушки и цветы, а я стою в своей душевной фальше
Среди холодной страшной пустоты.
Время затёрло роковую точку.
Всем наплевать на мой крест на груди.
Я отсидел, я выстрадал отсрочку, но от себя, увы, мне не уйти.
Я думал, отсижу и станет легче.
Надеялся, что карма спишет долг, но память давит мне на эти плечи