Я училась молчать, когда сердце кричало.
Прятать слезы за шуткой, улыбкой встречать.
Я так долго чужое счастье спасала, что свое разучилась уже замечать.
Я прощала слова, что больнее поступков.
Согревала того, кто не грел никогда.
И казалось, любовь - это вечная мука.
Это значит терпеть, даже если беда.
Но однажды рассвет постучался в окно, и я вдруг увидала себя настоящую.
Мне казалось, без нас мне не жить суждено.
Но душа оказалась намного сильнее.
Я себя по крупицам собрала
из обломков надежды и веры. Сколько зим я без света жила,
принимая за счастье потери. Я не стану у прошлого просить ни прощения, ни новых признаний.
Я еще научусь просто жить без тревоги, без слез,
без прощаний.
Мы так часто чужие ошибки прощаем, а свои не умеем себе отпускать.
Мы любовь иногда за привычку считаем и боимся однажды одни засыпать.
Прятать слезы за шуткой, улыбкой встречать.
Я так долго чужое счастье спасала, что свое разучилась уже замечать.
Я прощала слова, что больнее поступков.
Согревала того, кто не грел никогда.
И казалось, любовь - это вечная мука.
Это значит терпеть, даже если беда.
Но однажды рассвет постучался в окно, и я вдруг увидала себя настоящую.
Мне казалось, без нас мне не жить суждено.
Но душа оказалась намного сильнее.
Я себя по крупицам собрала
из обломков надежды и веры. Сколько зим я без света жила,
принимая за счастье потери. Я не стану у прошлого просить ни прощения, ни новых признаний.
Я еще научусь просто жить без тревоги, без слез,
без прощаний.
Мы так часто чужие ошибки прощаем, а свои не умеем себе отпускать.
Мы любовь иногда за привычку считаем и боимся однажды одни засыпать.