Помнишь, брат, как мы когда-то мечтали поскорее стать взрослыми.
Думали, впереди целая вечность, а теперь отдали бы многое, чтобы вернуться хотя бы на один вечер.
Помнишь наш двор, где шумели до ночи, где каждый из нас стать счастливой и хочет?
Старый магнитофон на кассете
«Любимый мотив».
И каждый из нас по-своему был счастлив.
Скамейка у дома, гитара в руках, и звёзды казались так близко.
Тогда нам денег хватало на хлеб и лимонад, но каждый был жизни безумно рад.
Мы спорили громко, смеялись до слёз, не думали, сколько нам жизнь принесёт.
Делили последний рубль на троих, и мир был огромным, но только для своих.
Нас мамы звали домой из окна, а мы отвечали:
«Ну, мам, ещё час».
И кто бы тогда нам поверить помог, что детство уйдёт, не оставит дорог?
Думали, впереди целая вечность, а теперь отдали бы многое, чтобы вернуться хотя бы на один вечер.
Помнишь наш двор, где шумели до ночи, где каждый из нас стать счастливой и хочет?
Старый магнитофон на кассете
«Любимый мотив».
И каждый из нас по-своему был счастлив.
Скамейка у дома, гитара в руках, и звёзды казались так близко.
Тогда нам денег хватало на хлеб и лимонад, но каждый был жизни безумно рад.
Мы спорили громко, смеялись до слёз, не думали, сколько нам жизнь принесёт.
Делили последний рубль на троих, и мир был огромным, но только для своих.
Нас мамы звали домой из окна, а мы отвечали:
«Ну, мам, ещё час».
И кто бы тогда нам поверить помог, что детство уйдёт, не оставит дорог?