Ржавые качели.
Качаются пусто.
Будто ищут тех. Кого нет во дворе.
Ржавые качели скрипят на ветру.
Я снова к знакомому дому иду.
На месте турника выросли кусты, и больше не слышно мальчишеской возни.
Здесь спорили громко о пустяках, делили последний сухарь на двоих.
Мы клялись, что останемся рядом всегда.
Но жизнь разбросала нас, словно листы.
Ржавые качели качаются пусто, будто ищут тех, кого нет во дворе.
Детство не вернуть ни за деньги, ни чувства.
Оно остается на старой земле.
И пока над домами вечерний дым, мы стоим и молчим, вспоминая ребят.
Мы хотели скорее стать взрослыми.
А теперь бы вернуться
хотя бы на час.
Хотя бы на час.
Качаются пусто.
Будто ищут тех. Кого нет во дворе.
Ржавые качели скрипят на ветру.
Я снова к знакомому дому иду.
На месте турника выросли кусты, и больше не слышно мальчишеской возни.
Здесь спорили громко о пустяках, делили последний сухарь на двоих.
Мы клялись, что останемся рядом всегда.
Но жизнь разбросала нас, словно листы.
Ржавые качели качаются пусто, будто ищут тех, кого нет во дворе.
Детство не вернуть ни за деньги, ни чувства.
Оно остается на старой земле.
И пока над домами вечерний дым, мы стоим и молчим, вспоминая ребят.
Мы хотели скорее стать взрослыми.
А теперь бы вернуться
хотя бы на час.
Хотя бы на час.