У чёрного входа стояла, а фраер давал кругаля.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Меня он в трактир пригласил.
За ужином строил он планы,
но счёт его пыл остудил.
Забыл, где пришиты карманы.
Сама за двоих заплатила.
А он через кухню во двор. Но долг я ему не простила.
Нас ждал непростой разговор. У чёрного входа стояла, а фраер давал кругаля.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Он вышел из кухни украдкой, но тут же меня увидал
и сразу с улыбкою сладкой опять кавалера сыграл.
Я счёт развернула без спешки, чтоб мог он его прочитать.
И кончились тут же усмешки. Пришлось кошелёк доставать.
У чёрного хода стояла, а фраер давал кругаля.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Он долг возвратил до копейки.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Меня он в трактир пригласил.
За ужином строил он планы,
но счёт его пыл остудил.
Забыл, где пришиты карманы.
Сама за двоих заплатила.
А он через кухню во двор. Но долг я ему не простила.
Нас ждал непростой разговор. У чёрного входа стояла, а фраер давал кругаля.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Он вышел из кухни украдкой, но тут же меня увидал
и сразу с улыбкою сладкой опять кавалера сыграл.
Я счёт развернула без спешки, чтоб мог он его прочитать.
И кончились тут же усмешки. Пришлось кошелёк доставать.
У чёрного хода стояла, а фраер давал кругаля.
Не фраера я поджидала, а звон золотого рубля.
Он долг возвратил до копейки.