Штиль на воде. За горизонтом закат догорает.
Каменный берег, холодные брызги в лицо.
Кто-то снаружи меня терпеливым считает,
но под решетками черепа скрыто кольцо.
Там, за глазами, где свет никогда не ложится,
выросли стены, и двери закрыты на болт.
Каждая мысль - это злая голодная птица.
Каждое эхо - беззвучный мучительный крик.
Стены сжимаются ближе.
Голос внутри я свой слышу.
Моя голова
-
это худшая в мире тюрьма, где я и судья, и палач, и бессменный конвой.
Здесь стены из камня и правит безмолвная тьма, и я задыхаюсь в сражении с самим собой.
Пытаю допросами теней забытых дорог.
Но как убежать, если враг твой внутри тебя лег?
Каменный берег, холодные брызги в лицо.
Кто-то снаружи меня терпеливым считает,
но под решетками черепа скрыто кольцо.
Там, за глазами, где свет никогда не ложится,
выросли стены, и двери закрыты на болт.
Каждая мысль - это злая голодная птица.
Каждое эхо - беззвучный мучительный крик.
Стены сжимаются ближе.
Голос внутри я свой слышу.
Моя голова
-
это худшая в мире тюрьма, где я и судья, и палач, и бессменный конвой.
Здесь стены из камня и правит безмолвная тьма, и я задыхаюсь в сражении с самим собой.
Пытаю допросами теней забытых дорог.
Но как убежать, если враг твой внутри тебя лег?