В полумраке кабак, дым плывёт над столом.
За бутылкой вина спорят ночь с мужиком.
Карты шлёпают звонко, гуляет народ.
Только вдруг всё стихает. Она входит в проход.
Чёрный шёлк её волос, взгляд холодный и строг.
Не прочтёшь по глазам, что хранит её бог.
Синим пламенем светятся очи во мгле,
и азарт загорается в каждом столе.
Карты в пальцах мелькают одна за другой.
Кто пришёл за удачей, тот встретится с судьбой.
Ей не страшен последний отчаянный банк.
Если ставить на жизнь, то идти ва-банк.
Эх, фартовая, фартовая дама огня!
За бутылкой вина спорят ночь с мужиком.
Карты шлёпают звонко, гуляет народ.
Только вдруг всё стихает. Она входит в проход.
Чёрный шёлк её волос, взгляд холодный и строг.
Не прочтёшь по глазам, что хранит её бог.
Синим пламенем светятся очи во мгле,
и азарт загорается в каждом столе.
Карты в пальцах мелькают одна за другой.
Кто пришёл за удачей, тот встретится с судьбой.
Ей не страшен последний отчаянный банк.
Если ставить на жизнь, то идти ва-банк.
Эх, фартовая, фартовая дама огня!