На столе чистый лист, не исписан он, чист.
Совсем белый, как снег, не примятый.
Он заманчиво звал, чтобы я рисовал что-нибудь.
Ну а что?
Непонятно.
Карандаш я беру, по бумаге веду.
Вот портрет получается странный.
Почему-то глаза смотрят не на меня.
Взгляд прекрасен, но очень печальный.
Ай-яй-яй-яй,
Совсем белый, как снег, не примятый.
Он заманчиво звал, чтобы я рисовал что-нибудь.
Ну а что?
Непонятно.
Карандаш я беру, по бумаге веду.
Вот портрет получается странный.
Почему-то глаза смотрят не на меня.
Взгляд прекрасен, но очень печальный.
Ай-яй-яй-яй,